Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции – Сибирь. МБХ медиа
МБХ медиа
Сейчас читаете:
Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

В Иркутской области в суд передано уголовное дело против трех полицейских, обвиняемых в пытках жительницы города Усолье-Сибирское Марины Рузаевой. Силовики пытали ее током несколько часов, добиваясь признания в убийстве. Расследование дела о пытках буксовало на протяжении четырех лет, пока за него не взялись сотрудники СК по Сибирскому федеральному округу.

Предновогоднее убийство

Вечером 2 января 2016 года жительница города Усолье-Сибирское Иркутской области Марина Рузаева, проживающая вместе со своим мужем Павлом Глущенко и тремя детьми, услышала стук в дверь. Когда Глущенко открыл, то увидел, что на пороге стоят полицейские, которых, как выяснилось позже, зовут Александр Корбут и Станислав Гольченко.

Корбут сообщил, что в конце декабря, прямо в канун Нового года, неизвестные зарезали местного жителя, проживающего как раз в соседнем доме.

— Марина у вас домохозяйка. Может, что видела или слышала. Да и к тому же, у вас квартира на третьем этаже, весь двор как на ладони. Вдруг Марина что-то в окно случайно увидела. Давайте, с вы с нами проедете до отделения фотографии посмотрите? — обратился к Марине Рузаевой Александр Корбут.

— Может, я с вами поеду? Моя машина под окнами вон стоит, — предложил полицейским Павел Глущенко.

— Да не, сидите дома, мы на своей машине. Вы не переживайте, даю слово офицера, что с ее головы волосок не упадет. Мы быстренько фотографии посмотрим, и я ее привезу домой, — сказал Корбут.

До межмуниципального отдела МВД «Усольский», расположенного на улице Ленина, 24, от дома Марины Рузаевой на машине ехать не более десяти минут. Марина, рассудив, что просмотр фото займет не так много времени, накинула на себя куртку, в которой гуляла с собакой, и поехала с полицейскими, не взяв с собой телефон.

Спустя полтора часа оставшийся дома Павел Глущенко начал беспокоиться. Тогда он сел в машину и поехал к отделению полиции, где ему дежурный сказал, что все уже разъехались и в здании никого нет.

— Да как нет, я же вижу, что вон свет горит! — возмутился Павел. — Посмотрите по журналу, выходила или нет. Куда она делась? Сотрудник обещал ее домой привезти. На улице мороз минус 30.

Тогда Глущенко поехал искать Марину, двигаясь по примерному маршруту до дома, проверил автобусные остановки. Рузаевой нигде не было. Павел в девять часов вечера вернулся в отдел полиции и сказал дежурному:

— Ну так же не делается. Попросили помочь, ну и где она?

Ближе к 23 часам Павел Глущенко дозвонился до кабинета, где Марина Рузаева должна была смотреть фотографии. Там ему сказали, Марина сидит на лавочке, сейчас выйдет. Павел увидел, что его жена, вроде бы совершенно спокойная, вышла из отделения в 23 часа.

— Ты чего так долго?

— Пошли, — лишь ответила Марина и торопясь двинулась к машине.

Дома Павел Глущенко ужаснулся: тело его жены было сплошь покрыто красными волдырями, как будто женщина долго лежала в крапиве.

«У этой суки болевой порог снижен, долбите ее жестче»

Марина Рузаева, приехав домой, расплакалась, у нее началась истерика. Павлу Глущенко удалось выяснить, что же произошло в отделе полиции.

Когда полицейские Корбут и Гольченко завели Рузаеву в кабинет, там уже сидел старший оперуполномоченный Денис Самойлов, руководящий расследованием убийства. Как только Марина вошла в кабинет, Самойлов ей сказал:

— Сапоги снимай.

— Зачем?

— Снимай, говорю, — настоял полицейский.

Когда женщина разулась, силовики попросили ее, чтобы она выложила на стол содержимое карманов. После этого Рузаевой приказали сесть на обшарпанную скамейку.

— Ты знаешь, зачем тебя сюда привезли? — спросил ее Самойлов.

— Так вы сказали, что нужно фотографии посмотреть, — недоумевая, ответила Рузаева.

Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

Фото из личного архива Марины Рузаевой

В этот момент полицейские надели на голову Марины пакет. Когда Рузаева начала кричать, один полицейский пристегнул ей руку к скамейке, затем последовал удар электрошокером в предплечье, после чего силовики пристегнули другую руку женщины. «Я заметила, что каждое действие полицейских в тот момент было словно отточенным. Я могу пересказывать долго, но происходит это все буквально за какие-то секунды, я даже ничего подумать не успела», — пояснила Марина Рузаева в разговоре с «МБХ медиа».— Будешь орать, выбьем тебе зубы! — пригрозил один из полицейских.

Затем силовик пнул пристегнутую к скамье Рузаеву по ногам и спросил:

— Давай, рассказывай, как ты его замочила?

— Кого? Никого я не…

Рузаева не успела ответить. Один из полицейских ударил ее электрошокером в левый бок, а затем — в область сердца. Марина от боли дернулась, но наручники мешали ей уклониться от удара электрошокера.

— Ты нам, сука, праздники испортила! Скажи, что этот мужик к тебе приставал, ну ты его и вальнула, и дело с концом, — предложил ей полицейский и получил отказ.

Удары током продолжились, Марина закричала и потеряла сознание.

Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

Фото из личного архива Марины Рузаевой

«Мы когда с экспертами беседовали, они сказали, что полицейские тогда не просто шокером ударяли на пару секунд, а буквально разряжали в меня устройство. Они им меня прижигали. Я несколько раз теряла сознание», — вспоминает Рузаева.— У этой суки болевой порог снижен, похоже, — сказал своим подчиненным Денис Самойлов. — Долбите ее пожестче, только без следов!

Марина отказалась сознаваться в убийстве. Тогда полицейские стали ее пинать по щиколоткам, систематично, по одному и тому же месту. Самойлов, который выходил из кабинета где-то на час, обнаружил синяки на ногах Рузаевой и возмутился тем, что его подчиненные оставили следы.

— Господи, хватит! Отпустите меня к детям! — закричала Рузаева.

— Смотри, эта тварь бога вспомнила, — хмыкнул один из полицейских.

В итоге Марина Рузаева поняла, что ее убьют прямо в этом отделе полиции, если она не скажет то, что хотят услышать силовики. Как оказалось, у полицейских была улика, что убийца был на велосипеде. Марина предположила, что потенциальным свидетелем может быть житель соседнего дома Алексей Рагимов.

— А он на велосипеде был?

— Да, да! — ответила им Рузаева.

Пытка, длившаяся три с половиной часа, прекратилась. После длительного сидения в скованном состоянии и после многочисленных ударов по щиколоткам у Марины так болели ноги, что она не могла подняться со скамейки. Тогда полицейский Станислав Гольченко взял Рузаеву за волосы и поднял со ее скамейки, после чего подтащил к зеркалу. По словам мужа Марины Павла Глущенко, на записях с камер видеонаблюдения в отделе полиции видно, как Рузаева входила в здание с нормальной прической, а выходила уже вся растрепанная.

«Попейте глицинчику»

Павел Глущенко почти час уговаривал Марину подать заявление на полицейских за пытки. Но Рузаева так испугалась, что категорически отказывалась.

— Ты с ума сошел? Они нас всех поубивают потом. Они же знают, где мы живем. Мы ж ничего не добьемся все равно, это ж менты, — говорила она.

— Да как такой беспредел прощать, ты чего? — ответила Марине ее мама.

Той же ночью их опросил участковый, осмотрел травмы на теле Рузаевой, выслушал ее рассказ и произнес: «Ну ничего себе мальчики перестарались!».

Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

Фото из личного архива Марины Рузаевой

После Рузаева обратилась к медикам. Врачи зафиксировали у нее ушибы мягких тканей головы, ушибы шеи, грудной клетки, голени и предплечья, ягодиц, бедер, также были зафиксированы электроожоги. После этого Марина все же решилась подать заявление на полицейских в следственный отдел СК в Усолье-Сибирском."Я просто сел за компьютер и начал подавать жалобы в прокуратуру, в СК, в соцсети выложил фотографии травм, которые Марина получила в отделе. Резонанс пошел", — рассказал «МБХ медиа» Павел Глущенко.

После пережитого стресса у Марины речь стала заторможенной. Ночами Рузаева стала громко кричать, поэтому Павел ее будил и успокаивал.

«Она до сих пор кричит. Хотя столько времени вроде бы прошло, но мозг у нее, видимо, крутит всю эту картину. Полгода с ней психологи работали, Марина успокоительные мешками ела. Сколько мы объехали врачей, многие советовать „попить глицинчику“. Один врач только нам помог, прописал сильнейшие препараты для спокойствия и восстановления сна», — пояснил Глущенко.

По его словам, почти весь январь он почти не спал и ходил по квартире с топором в руках, так как опасался, что полицейские в любой момент могут нагрянуть.

«Они же нам угрозу выставили, что могут прийти. У силовиков табельное оружие, а мне-то чем семью защитить? Мы вечерами сидели с приоткрытым окном, слушали каждый шорох подъезжающих колес. Если машина подъезжала, то ждешь, что вот сейчас поднимутся и зайдут. Страшно было», — поделился пережитым Глущенко.

О ситуации узнал и тогдашний губернатор Иркутской области Сергей Левченко, к которому Марина и Павел попали на прием. После общения с потерпевшими глава региона организовал для Рузаевой пресс-конференцию, на которой женщина подробно рассказала, как ее пытали в отделе полиции.

В январе Марина Рузаева обратилась за помощью к правозащитникам фонда «Общественный вердикт», которые способствовали тому, чтобы дело по факту превышения должностных полномочий было все же возбуждено. Расследованием тогда занялся следователь местного отдела СК Сергей Лысых, и к его работе у потерпевших сразу появились вопросы.

«Допросы полицейских он вел без адвокатов, в итоге их показания получились путанными и признанными как недопустимые. Показания на очных ставках также признали недопустимыми. Короче, Лысых просто имитировал работу», — пояснил Глущенко.

В итоге следователя Сергея Лысых сначала обвинили в фальсификации доказательств по уголовному делу — ч.3 ст. 303 УК, но в феврале этого года Усольский городской суд оправдал его. Позже суд в Иркутске отменил оправдательный приговор, и теперь дело против Лысых направлено на новое рассмотрение.

Между тем, первое полугодие 2016 года для Марины Рузаевой и Павла Глущенко было напряженным. После пресс-конференции, которую провела Рузаева, на ее семью начали оказывать давление. По ее словам, участковый начал ходить по многоквартирному дому и опрашивать соседей на предмет того, благополучная ли у них семья.

«Они начали собирать мнения, дескать, слышали, как типа я ее бил, как будто мы пьем и прочее. Понимаете, чего они хотели добиться? Чтобы изъять детей. В школу еще приходили, где дети учатся, но там учителя сразу их выставили за дверь, сказав, что ребята получают хорошие оценки, а родители всегда активно участвуют в общественной жизни школы», — рассказал Глущенко.

Месяц с топором в руках и четыре года криков по ночам. История Марины Рузаевой, пережившей страшные пытки в полиции

Фото из личного архива Марины Рузаевой

«В каком же гадюшнике вы живете!»

Обвинение в превышении должностных полномочий с применением насилия полицейским Александру Корбуту, Станиславу Гольченко и Денису Самойлову было предъявлено только в декабре 2016 года. На протяжении четырех с лишним лет расследование этого дела прекращалось четыре раза. Как рассказали в фонде «Общественный вердикт», во время следствия выяснилось, что начальник усольского уголовного розыска и замруководителя местного следственного отдела — муж и жена. После этого расследование дела было передано в Ангарск. В декабре 2016 года ангарские следователи составили обвинительное заключение, но прокуратура вернула дело на доследование — и снова в Усолье-Сибирское, где расследование фактически не проводилось. Обвиняемые в пытках Корбут и Гольченко до сих пор продолжают ходить на работу, а Денис Самойлов отправлен на заслуженную пенсию.

По итогу Усольское следствие дважды прекращало расследование, не установив, откуда у Рузаевой появились травмы. Дело передали в Следственное управление Иркутска. Там дважды отказывали в возбуждении дела. В конце концов, уголовное дело возобновили и передали следственной группе следователей из СК по Сибирскому федеральному округу, куда входили специалисты из разных регионов.

Юрист фонда «Общественный вердикт» Святослав Хроменков, занимавшийся делом о пытках Марины Рузаевой, объяснил «МБХ медиа» почему уголовное дело долго не доходило до суда:

«Весомый вклад в некачественное расследование, в затягивание предварительного расследования и в волокиту внес следователь Сергей Лысых. Дело тогда разваливалось из-за внеслужебных связей между сотрудниками отдела СК в Усолье-Сибирском и прокуратурой. Близкие связи там между сотрудниками разных ведомств. И это неудивительно, ведь город небольшой. На таком коррупционном фоне было невозможно провести объективное расследование. Считаю, что оно сдвинулось с мертвой точки благодаря следователям из СК по Сибирскому федеральному округу, которые напрямую никому не подконтрольны ни в Усолье-Сибирском, ни в Иркутске. Они перерыли дело с самого начала и, наконец, довели его до суда».

Дело против Корбута, Гольченко и Самойлова поступило на рассмотрение в Усольский городской суд в августе 2020 года. Сейчас обвиняемые находятся под подпиской о невыезде. Марина Рузаева вместе с Павлом Глущенко добиваются того, чтобы полицейских судили не в Усолье-Сибирском, а в Ангарске. Это желание мотивировано тем, что ранее Усольский городской суд оправдал следователя Сергея Лысых, развалившего уголовное дело.

«Не хочется, чтобы титанический труд группы следователей пошел насмарку. Они проделали большую работу, даже электрошокер нашли. Я как-то неофициально побеседовал с одним из них, и он мне сказал: „В каком же гадюшнике вы живете!“. Работа следователей дала нам веру в то, что среди сотрудников правоохранительных органов есть честные люди, не взяточники и не подонки», — подчеркнул Павел Глущенко.

Введите поисковый запрос и нажмите Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: